именабиблиофоторазноефорумссылкио чём?

Несколько слов в защиту Регентских классов
и о средствах распространения истинного церковного пения

Недавно на столбцах «Нового Времени» (№ 7059) была помещена статья о Певческой капелле, в которой, между прочим, чуть ли не в первый раз (хотя Регентские классы существуют очень давно) коснулись и Регентских классов, состоящих при Капелле. По словам автора статьи г. Це-фа-ута, последние стоят не на должной высоте: на них в последние 20–25 лет не обращалось никакого (?) внимания. Соглашаясь вполне с автором указанной статьи в том мнении, что «приготовление хорошо образованных регентов составляет одну из крупнейших задач прямо государственной важности», должно сказать, однако, что вышеизложенные обвинения регентских классов лишены основания и указывают на незнакомство автора статьи с положением дела в классах. (Мы не допускаем, чтобы здесь была преднамеренная ложь) *).


*) Однако это легко можно предположить, если судить по тону и подробностям статьи в «Нов. Вр.».— Прим. Ред.

Нужно сказать, что регентские классы достигли возможной высоты в последние 10 лет. В это время в регентских классах выработался определённый строй, необходимый для более успешного ведения всякого учебного дела; в это же время была выработана Н. А. Римским-Корсаковым подробная программа регентских классов, в которой, по возможности, обращено внимание на все стороны регентского и певческо-учительского дела: теория музыки, гармония в довольно широком объёме, контрапункт и фуга, история музыки, сольфеджио, равное курсу консерваторий, церковное пение, аранжировка духовно-музыкальных сочинений, переложения, сочинения, хоровой класс (для регентской практики), чтение партитур, церковный устав, игра на скрипке и фортепиано — всё это вошло в состав предметов Регентского класса, на всё обращено должное внимание. Недавно (в 1891 г.) тем же г. Римским-Корсаковым программа была видоизменена ввиду большего соответствия с практической постановкой дела. Видно, что небезучастно относились к регентским классам его руководители! В последние же 10 лет было обращено внимание на преподавательский состав классов: вдобавок к прежним учителям, зарекомендовавшим себя успешным преподаванием, были приглашены новые лица, зарекомендовавшие себя на музыкальном поприще. Укажем на преподавателя теории и гармонии (он же преподаёт и контрапункт) г. Лядова, профессора С.-Петербургской консерватории, на преподавателей теории музыки и гармонии — композитора г. Соколова и знатока гармонии — теоретика г. Вишневского, на преподавателя музыки г. Пузыревского (заведующего курсами регентирования в Соляном городке). Хоровым классом заведует и преподаёт церковное пение издавна г. Азеев, многолетней учительской практикой в различных учебных заведениях, управлением Придворным хором и сочинениями, зарекомендовавший себя с хорошей стороны; г. Щиглёв, преподающий сольфеджио и теорию высшего курса, зарекомендовал себя переложением церковного обихода на голоса (в ладах). Остальные преподаватели также более или менее известны.

Итак, в последнее время выработана программа и в последнее время приглашены в регентские классы лучшие музыкальные силы. При таких условиях естественно, что преподавание в регентских классах поставлено вполне удовлетворительно. Заведующие регентскими классами тщательно следят за исполнением программы (что можно слышать от любого регента, учившегося в регентских классах). Регентское дело поставлено удовлетворительно: каждый кончающий регент в течение года несколько раз упражняется в дирижировании хором, из учеников же составленным, под руководством учителя; с этим же хором он разучивает одну пьесу светскую и одну духовную (своего сочинения или переложения) к экзамену, который бывает в присутствии всех учеников регентских классов. Прошлогоднее пение учеников регентских классов в Петропавловском соборе у гробницы усопшего Императора Александра III лучше слов сказало о постановке регентского дела в классах тем, кто слышал это пение.

Далее г. Це-фа-ут обвиняет регентские классы в том, что они «выпускают слишком мало регентов по сравнению с необходимою в них потребностью». Что образованных регентов в России мало, что есть много регентов, которые «не знакомы с педагогическими приёмами своего дела» — это верно. Но при чём, в данном случае, регентские классы?

Все, вышедшие из регентских классов со званием регента или учителя пения (разумеется, по возможности, поддерживающие свои знания), вполне знакомы с предметами, относящимися к церковному пению и, без сомнения, могут передать и другим свои познания (так как от них требуется и некоторая научная подготовка). А что регентские классы выпускают недостаточно регентов по сравнению с потребностью в них, это зависит от многих причин, не зависящих от самих классов. Эти причины мы и постараемся разъяснить. Во-первых, следует принять во внимание, что это учебное заведение — единственное на всю Россию по своей доступности для большинства (в Синодальное училище принимаются исключительно певчие Синодального хора), следовательно, отдалённое от большинства местностей России, уже по этому самому оказывается не в состоянии служить для некоторых частей русского государства своим музыкально-просветительным влиянием. Чтобы проехать, например, из Томска или Кавказа до Петербурга немало потребуется издержек на одни путевые расходы. А затем, приняв во внимание плату за обучение 100 рублей в год, недешёвое содержание в Петербурге и ещё нижеследующие обстоятельства, придётся согласиться, что желающих поступить в регентские классы не может быть много. Между прочим, к поступлению в различного рода учебные заведения привлекают нередко те или другие права, то или другое положение в жизни. Регентские же классы кроме регентского диплома не дают никаких прав по службе. (Проект о сравнении учителей пения в правах с учителями других предметов до сих пор остаётся лишь проектом ).

Положение регентов, большею частью зависящее от произвола старост и вообще частных лиц, довольно непрочное,— вознаграждение слишком часто также весьма незавидное, далеко не могут привлекать к поступлению в регентские классы.

Кто же поступает сюда?

Больший процент — составляют полковые певчие, по преимуществу из Петербурга, посылаемые начальством на казённый счёт. Остальные — труженики из провинциальных хоров, мелких и крупных, приехавшие учиться большею частью на последние гроши, чтобы по окончании курса снова возвратиться к своему незавидному положению. Тут можно встретить регентов из всех почти русских городов; есть регенты из Сибири, Кавказа, из Сербии, Черногории, были регенты из Японии. Некоторые из них окончили курс в средних учебных заведениях (Духовной Семинарии); были кончившие университет и Духовную Академию, не нуждающиеся в дипломе и поступившие в регентские классы исключительно из любви к церковному пению. Пособий ученикам никаких не оказывается. Вот тут-то и могло бы пособить ученикам регентского класса общество и особенно духовенство. Почти во всех учебных заведениях есть большее или меньшее число стипендий для учеников. К сожалению, никто ничего не жертвовал на регентские классы (исключение сделал, если не ошибаемся, Г. Я. Ломакин). На это следовало бы обратить внимание ревнителей церковного пения, которые, вместо того, спешат обвинять регентские классы в отсталости и бездеятельности. Между тем, регентские классы скромно, даже мало кому ведомые, работают на поприще церковного пения. Самые лучшие деятели по церковному пению — практики — выходили и выходят из регентского класса (укажем, например, на Львовского и Архангельского). Регента из придворного хора — из регентских классов. И вообще, лучшие регенты в столицах и др. городах большею частью также из Капеллы.

Ввиду этого, следовало бы воспользоваться регентскими классами для утверждения на Руси истинного церковного пения. Особенное же участие в этом деле нужно принять духовенству. Учителя по пению в Духовных Семинариях и училищах большею часть. люди музыкально необразованные. Если бы духовенство каждой епархии посылало на епархиальный счёт в Капеллу любителей церковного пения для получения музыкального образования (хотя из учеников Духовной Семинарии и кончивших духовные училища), то этим оно оказало бы большую услугу делу развития церковного пения в России. Будут хорошие учителя в Духовных Семинариях и училищах; будут понимающие церковное пение, способные оградить его от всяких вредных влияний — священники; будут хорошие учителя пения в причётнических и церковно-приходских школах, привьётся и общее народное пение, о котором много говорят и пишут в церковных журналах. Нельзя при этом не упомянуть, что некоторые преосвященные посылают в Капеллу учеников Семинарии и помогают им даже из своих средств. Но это явление довольно редкое. Во многих случаях духовенство не оказывает надлежащего внимания к распространению истинного церковного пения. Три года тому назад один из диаконов Вятской епархии предложил печатно духовенству послать на епархиальный счёт несколько человек из Семинарии в регентские классы, с обязательством поступить учителями в Вятскую Духовную Семинарию и Вятские уездные училища. Съезд духовенства большинством голосов отклонил это мнение. Многие епархиальные съезды отклонили ходатайства Семинарских Правлений о выдаче суммы на приобретение музыкальных инструментов, считая занятие музыкой предметом самой третьестепенной важности (определ. Костр. Епарх. съезда за 1895 г.). Можно насчитать немало примеров, когда само начальство учебного заведения не сочувствует распространению познаний по пению между учениками. Мы не хотим сказать, что бы всё духовенство относилось так пренебрежительно к пению. Это было бы в высшей степени несправедливо. Многие из духовенства и особенно высшие духовные власти делают всевозможное к тому, чтобы церковное пение развивалось и процветало, но в массах еще не скоро отрешатся от взгляда на пение, как на занятие, мешающее «главным предметам». (Это выражение часто приходится слышать учителям пения).

Когда общество сознает твёрдо нужду в музыкально образованных регентах и учителях пения, когда оно отнесётся к ним повнимательнее, тогда явится более желающих поступать в регентские классы, будет и регентов образованных более. Если регентские классы не вместят в себе всех желающих, тогда можно вполне надеяться, что и Синодальное училище (которое тоже серьёзно начинает заниматься церковным пением), откроет и свои двери всем желающим.

До-ре-ми-соль

Перепечатано с [61]

Вы вошли как анонимный посетитель. Назваться
400
Предложения спонсоров «Капелланина»:
debug info error log